Птичьи наречия

07-09-2007

Птичьи наречия
Авторы словаря сленга перевели русский на русский
Екатерина Рожаева

Птичьи наречия

Институты имени В.В. Виноградова и имени А.С. Пушкина совместно с издательством "АСТ-Пресс" отметили Год русского языка специальной серией "Словари ХХI века". В их число вошел "Толковый словарь русского сленга". В уникальном издании разбираются образцы живой речи - от лексикона политиков до говора проституток. О влиянии сленга или арго на современный русский язык обозреватель "МН" побеседовал с собирателем и составителем издания - доктором культурологии, профессором МГУ Владимиром Елистратовым.

МН: В чем особенность издания?

Елистратов: Оно - итог двадцатилетнего "подслушивания" в транспорте, на рынках, в пивных, в очередях, на лавочках в сквере и даже в песочнице. Все тщательно записывалось, пока не выросло до увесистого собрания. Не хочу ругать предшественников, но они часто шли по пути наименьшего сопротивления: строили издание по принципу "слово - значение". Не вводили ни грамматической, ни этимологической информации, не разъясняли приемов арготической поэтики. Эти работы обедняет торопливость, а зачастую "похотливо-коммерческий" налет.

Мы предлагаем публике второе, дополненное издание. После выхода первого на меня посыпались письма с замечаниями, уточнениями, дополнениями, развернутыми комментариями по поводу тех или иных слов и выражений. В этом словаре множество историзмов, деталей минувшего, которые прекрасно соседствуют с новыми современными выражениями.

МН: На какую аудиторию рассчитан словарь?

Елистратов: Не только на филологов, но и на культурологов, социологов, этнографов, политологов, психологов, иностранцев, изучающих русский язык. Это попытка академически систематизировать московский жаргон шоферов, бизнесменов, проституток, грузчиков, художников, рабочих. Зафиксировать пласт современной речевой лексики, который отсутствует в нормативных словарях. Цель работы - чисто научная. Словарь не для введения арго в речевую норму и рассчитан прежде всего на профессионально подготовленную аудиторию. Для читателя этой книги, надеюсь, будет интересен не только эмпирический материал, но и его теоретическое обобщение в общекультурологическом ключе.

МН: В словаре множество слов и понятий, употребление которых считается признаком дурного вкуса и плохого воспитания. Вы затруднялись их детальным толкованием?

Елистратов: Задача была невероятно сложной, так как не существует никакого опыта словарного осмысления ненормативной речи. Арго имеет свою специфику, свои законы. В практике же составления словарей учитываются прежде всего особенности литературного языка, остальному отводится ряд довольно абстрактных пометок - "просторечный", "разговорный", "грубый". И само собой, когда мы сталкиваемся с тем, что все слова в словаре должны быть снабжены подобными пометками, начинаются проблемы.

Несмотря на это я постарался максимально подробно (где это было возможно) зафиксировать оттенки арго-значений. Это помогло точнее зафиксировать эпоху, менталитет людей, их речевые наклонности. Был проведен специальный опрос информантов, которых просили дать толкование жаргона, как они его понимают, и на основе этого опроса мы строили свое толкование.

МН: Вы пытались обойти деликатные политические, национальные и физиологические темы?

Елистратов: Это довольно трудно. Арго вообще "опасная" материя. Оно пародирует и снижает реалии политики, всю сферу межнациональных отношений, имена известных людей. Оно осмеивает левых и правых, демократов и коммунистов, русских и евреев, азербайджанцев и армян, французов и американцев. И остается одинаково "насмешливым" по отношению к любой политической, национальной или культурной ангажированности. Объектом арготического травестирования может стать имя любого человека - от Пушкина и папы римского до Горбачева и Ельцина. Арготический смех всех варит в одном котле и не делает исключений ни для кого. Поэтому для словаря арго принципиально не может быть никакой идеологической или другой цензуры, в противном случае работа теряет всякий культурологический смысл.

МН: В издание входит приложение кинемологос, что это такое?

Елистратов: "Сто крылатых слов из кинематографа". Массовое вхождение в речь слов из кино началось с "Весёлых ребят" и "Цирка" и продолжается до "Брата" и "Особенностей национальной охоты". Это очень интересный культурный феномен, мало ещё изученный. Сейчас СМИ пытаются вывести в массовую речь что-нибудь из, так сказать, "Ночного позора", но ничего не выходит. Что-то надломилось. И реклама с её "кто пойдёт за "Клинским"?" при всей её навязчивости тоже недотягивает до "Места встречи" или "Иронии судьбы". Кстати, аналогичные явления встречались, хотя и не в таких масштабах, в других культурах. У французов, например, есть свои "подкожные" фильмы типа "Иронии судьбы". Там всё основано на языковой игре, каламбурах. И французская бизнес-элита от 40 лет и выше говорит цитатами вроде нашей "тёпленькая пошла".

МН: На какой стадии развития сегодня находится русский сленг?

Елистратов: В советское время язык был полем борьбы идеологии и культуры. В наши дни он стал объектом коммерции. Употребить жаргонизм где-нибудь в 1970-х, да ещё в печатном тексте было определенной идеологической смелостью или бравадой. Сейчас жаргон - общее место, которое надо продать. Конечно, язык был товаром и раньше, но нынешние масштабы несопоставимы с прошлыми. Но надо сказать, что в 2007 году жаргон как товар уже не так востребован в России, как лет десять тому назад. Особенно среди взрослых. Главными его "покупателями" остаются тинейджеры. Бум "гоблинских переводов" - тому подтверждение. А "старшие" уже хотят чего-то "тургеневского". Всерьёз интересуются жаргоном только иностранные переводчики, которые "застряли" на Сорокине. А у нас он мало кому нужен.

МН: Аналитики говорят, что подростки не знают русского языка, засилье мата и жаргона изуродовало их речь. Насколько серьезна проблема?

Елистратов: Конечно, "гендерные сдвиги" настораживают. Всё больше в нашу жизнь входит своего рода языковой унисекс. Девочки матерятся, как мальчики. В мужской речи появилась масса женских элементов. Некая жеманная эмоциональность в духе "застекольных" выясняловок. Это печально не только с точки зрения культуры речи: теряются нюансы общения между полами, все просто, плоско, ясно. Но масштабы бедствия, думаю, еще не так велики. До скандинавской или голландской "простоты нравов" мы не скоро дойдём. Думаю, во многом жаргонизмы являются некими индикаторами здоровья или нездоровья народа. Если в русском языке появляется глубоко мерзкая, на мой взгляд, иностранная калька "заниматься любовью", а молодежь тут же реагирует: "Давай заниматься дружбой!" - это очень хорошо. А вот стадно-массовое употребление всех этих "как бы", "короче", "типа" - очевидный признак нездоровья, атрофии творческого языкового "я".

МН: А насколько чисто говорит наша бизнес- и политэлита?

Елистратов: Почти правильно, но слушать не хочется. Кстати, на этом фоне президент России выглядит очень выигрышно. Когда он говорит не "по плану", у него живая, образная речь. Время ярких лингвистических монстров, таких как Шандыбин, ранний Жириновский, Лебедь, Новодворская, прошло, и стало очень скучно. Идет усреднение языка, обеднение стиля. Яркий язык уходит.

МН: Так, значит, русский так или иначе скудеет?

Елистратов: Хочется в тысячный раз повторить: с языком ничего плохого не происходит. Плохое происходит, извините за научность, с реализацией языковой системы отдельным индивидом. В сущности, проблема речи - это то же самое, что и проблема здоровья. Хочу - берегу, хочу - саморазрушаюсь. Специалисты всё чаще говорят о "гигиене речи", "экологии языка", в корень-то глядел ещё Владимир Вернадский, который неоднократно повторял: нужна "гигиена мысли"! Разруха - не в клозетах, и даже не в языках, она - "в головах", как сказал классик.

ИЗ СЛОВАРЯ

Арина Родионовна - охранник, личный телохранитель. "А вот и Арина Родионовна с нунчаками". По имени няни Александра Сергеевича Пушкина.

Арбуз - миллиард рублей. Смотри также: семечки в арбузе - "мозги в голове", то есть способность думать, соображать. Например: у тебя вообще-то семечки в арбузе есть или твой папа коробки клеил?

Антиквар - муж, у которого жена намного старше его; молодой человек, который ухаживает за пожилыми состоятельными женщинами. Общеупотребительное "антиквар" - любитель или продавец старинных и ценных вещей. Антиквариат - родители.

Антикварный баян - полная бессмыслица, чушь, ахинея, абсурд.

Антипапик - презерватив, от "анти" + "папа".

Байконур - название нескольких пивных в Москве (например, у станции метро "Смоленская"). От названия космодрома; возможно, связано с тем, что над кнопкой разлива пива была надпись "Пуск", метафорически ассоциируемая со стартовым устройством.

Горбуша - куриная ножка из партии продовольствия, присланного из США в качестве гуманитарной помощи в 1990 году. Ироничное сокращение "Горбачеву от Буша".

Гриппер (или простудифилис) - ирон. сомнительная, надуманная болезнь. Переделка от общеупотребительного "грипп" + "триппер", "простуда" + "сифилис".

Дурнэ поехало в турнэ - ирон. о женах так называемых новых русских, отправляющихся в туристические поездки.

Жать батоны - работать на компьютере с "мышью". От английского press buttons. Из жаргона пользователей компьютеров.

Закочемарить - заснуть; мерзнуть; замолчать, заткнуться. От "кочемарить": уголовное "кича" - тюрьма; "кимарить", "кучумать" - находиться в состоянии апатии после окончания действия наркотиков. "Закумарить" - употребить наркотик. Возможно, контаминация значений - спать, мерзнуть, употреблять наркотики и страдать от их отсутствия. Также "кочумай" - не говори лишнего, не болтай, замолчи (в ситуации, когда при разговоре присутствует чужой или ненадежный человек; первоначально произносилась фраза "Кочум, братцы, был хороший человек").

Заниматься конной греблей на коньках - не заниматься ни одним видом спорта всерьез.

Иди двойки исправлять - не спорь со мной, молод еще спорить.

ИДИОТ - идеальный друг и отличный товарищ, шутливое переосмысление слова как аббревиатуры.

Из Чечни в греки - иронично о правительстве начала 1990-х годов, намек на Руслана Хасбулатова и Гавриила Попова.

Инсульт-привет - ирон. "как дела?", переделанное "физкульт-привет".

Из-под верблюда нефть забила - о внезапно разбогатевшем человеке, нуворише-самодуре, так называемом новом русском. У чувака из-под верблюда нефть забила, а из-под шеи в голову - моча.

Икебана - порядок, чистота; хорошая обстановка в квартире, красивый интерьер. Например: навести икебану в доме. Японская "икебана" - искусство составление букетов. Икебану матери - бранное. Например: хоть японец ростом мал, но к родне внимателен: в день рождения послал икебану матери. Намек на нецензурное.

Каменное лицо - разновидность сексуальной игры.

Кальмар - о разновидности модной в начале - середине 1990-х годов молодежной прически, когда часть волос стрижется коротко, а часть остается длинной.

Капец - конец, провал (капец тебе настал - ты пропал); все, баста, пропали (все, капец, денег осталось на одну зубочистку). Возможно, от общеупотребительного "конец"; также от латышского "карёс" - "почему". Можно предположить, что слово могло войти в речь заключенных после революции из-за частотности его употребления латышами, многие из которых работали в ВЧК, а затем в НКВД.

Иудин - еврейский; организация; праздник. Иудин день - первый день открытия сезона в театре после летних каникул, когда вся труппа встречается, все целуются и делают вид, что очень любят друг друга (из арго актеров).

Здравствуйте, господа удавы! - ироничное приветствие, адресованное группе лиц (обычно произносится с подчеркнуто оптимистической улыбкой звонким "пионерским" голосом).

ЗОЯ - Змея Особо Ядовитая.

ЗЛО - ирон. Заветы Любимого Отца; За все Легавым Отомщу. Переосмысление слова как аббревиатуры; из уголовного (используется как татуировка).

Злой, злая, злое - настоящий, ярко выраженный, характерный. Например: злой волчара - очень богатый, модный преуспевающий человек. "Бывают в жизни злые шутки", - сказал петух, слезая с утки - иронично о неудаче, совершенном кем-либо промахе.

Ваш пудель лает? (уаш пудл лаjт) (он зол и дик) - шутливое макароническое подражание английской речи.

Мечта импотента - мемориал К.Э. Циолковского около метро "ВДНХ" в Москве; памятник Юрию Гагарину на площади Гагарина в Москве; памятник русско-грузинской дружбы на Тишинской площади.

Мужиковед - ирон. гомосексуалист. Аллюзия к музыковеду.

Недвижимость - толстая жена.

Похороночка - ирон. место, где хранятся, прячутся мелкие памятные вещи (полка, шкатулка, бумажник, какой-либо ящичек для старых писем). Вот она, моя заветная похороночка.

Починить хлеборезку - вылечить зубы, ударить в челюсть, побить.

Писюк, писюшник - персональный компьютер от английского HC (Personal Computer).

Пионерская зорька - утренний половой акт. От названия радиопередачи советского периода.

Самолюб - онанист, то же - антеннщик.

Сахарница - мягкое место "сдобной" женщины.

Стрелок - тот, кто просит, выпрашивает (это известный стрелок за трешками), нищий (все метро в стрелках, стрелки не моются, вот и вонь в переходах); жулик, вор (обычно мелкий карманник). Уголовн. стрелок - нищий, наркоман, выпрашивающий остатки наркотиков.

Стрелочник - уголовн. помощник шулера.

Считайте меня сионистом - ирон. реплика перед каким-либо опасным, рискованным действием.

Троцкий - врун, трепач, болтун, пустомеля. Свистеть, как Троцкий, - врать. Л.Д. Троцкий (Бронштейн) - известный политический деятель.

Таможня - жена. Ползарплаты на таможне отобрали. Мою таможню не обманешь.

Тимуровец - дурак, придурок, человек, который лезет не в свое дело. Герой повести Аркадия Гайдара "Тимур и его команда".

Тигрица - умная, хитрая женщина, ведущая себя независимо. Возможно влияние уголовного сленга: тигрица - проститутка.

Тихарь, тихушник, тихуша - тот, кто делает что-то один, тайно от других, нехороший человек, эгоист; тихоня, размазня, человек, не способный дать отпор. Также уголовное "тихарь" - стукач, агент милиции; "тиховщик" - утренний вор, "тихольщик", "тихуша" - ворующий из открытых помещений, "тихушка" - воровка, обычно бывшая, "тихушник" - работающий на милицию, ворующий у своих, замкнутый, закрытый, некомпанейский, квартирный вор

Тик-так - проверка на наличие нитратов или радиацию, прибор для такой проверки, продукты содержащие нитраты или радиацию. У хохлов все с тик-таком

У нас демократия, хочешь - белая чадра, хочешь - черная - шутл. о демократии, семейных отношениях.

Харя - поднос, поддон, кузов. Из арго грузчиков.

Хилять - идти, шагать. Возможно, от уголовного "хилять", "хлыть" в том же значении. Устаревший диалог: "хлын" - бездельник, мошенник, "хлынец" - бродяга, "хлынить" - лениво идти, ехать, "хлынь" - рысца, "хлянуть" - броситься; возможно, первоначально связано с цыганским te pxires - ходить, бродить, бегать.

Хит сезона, ремикс Кобзона - ирон. о неожиданной новости, сенсации, чаще с пренебрежительным оттенком.

Хвостом дрыгнуть (или дернуть, шаркнуть, шлепнуть) - умереть.

С хреном на перевес - ирон. о бабнике, ловеласе.

Шайтан-коробочка - пейджер.

Юбка по самый сникерс - шутл. об очень короткой юбке.

Янгица - молодая девушка, девчонка. Две янгицы под уиндом пряли поздно ивнингом. "Кабы я была кингица, - спичет ферстая гирлица, - я б для фазера-кинга супермена б родила". Только виспичеть успела, дор тихонько заскрипела, и в светлицу фазер кам, на ходу жуя чуингам (или и в светлицу входит царь, того стейту государь). Во весь тайм оф разговора он стоял бихайнд зе дора (или забора). Спич ластовый по всему крепко лавнулся ему. "Что же, клевая янгица, - говорит он. - Будь кингица!" (Макароническое травестирование пушкинской "Сказки о царе Салтане".)

<< назад